Пишем тексты для сайтов
Получать новости:
От кого: 
Тема: 


= Слово Текст Язык = Прикладная лингвистика = Сервис = Карта сайта < Прикладная лингвистика < Интертекст, его значимость для коммуниканта и языковой общности < Русская ментальность и текст в терминах самоорганизации < Конференции = Русская ментальность и текст в терминах самоорганизации = Введение = Референция в языке и тексте = Смысл и концепт в аспекте системной организации = Концептуальные основы учения о самоорганизации = Концепция народа и некоторые вопросы национальной идентичности = Литература. Научные работы = Художественная литература < Концептуальные основы учения о самоорганизации < Проблемные поля синергетики < Свойства смысла и концепта в терминах теории самоорганизации < К вопросу о принципах развития системы смысла < Механизмы формирования смысла и механизмы памяти < Литературный протокол умирания как самоорганизующаяся система смысла

Таково было мое воспоминание - Концептуальные основы учения о самоорганизации - Русская ментальность и текст в терминах самоорганизации - Прикладная лингвистика - Слово Текст Язык

Литературный протокол умирания как самоорганизующаяся система смысла


Таково было мое воспоминание о смерти, после которой непостижимым образом я продолжал существовать, если предположить, что я все-таки остался самим собой. И каждое утро, пробуждаясь, я смотрел со смутным удивлением на те же рисунки обоев на стенах моей комнаты в гостинице, которые всякий раз казались мне иными, чем накануне <…> ("Возвращение Будды").


В литературе рубежа веков (в особенности, в символизме) происходит освобождение дискурса умирания от философско-моральных наслоений: актуализируются мифологические орфические представления о "круге рождений", в котором нет безвозвратной смерти, но происходит возрождение умирающего в новом побеге, в детях. В фантастическом рассказе А. Н. Апухтина "Между жизнью и смертью" реализуется образ рождающей смерти. Если в начале повествования констатируется смерть героя-рассказчика (о которой он сам узнает только со слов врача: "Все кончено"), то заканчивается рассказ замыканием круга - рождением в новом теле:


<…> меня выкупали в корыте, спеленали и уложили в люльку. Я немедленно заснул, как странник, уставший после долгого утомительного пути, и во время этого глубокого сна забыл все, что происходило со мной до этой минуты. Чрез несколько часов я проснулся существом беспомощным, бессмысленным и хилым, обреченным на непрерывное страдание. Я вступал в новую жизнь…


Опираясь в описании процесса умирания на христианские (и платонические) представления о смерти как отделении бессмертной души от смертного тела ("Теперь я на собственном опыте видел, что сознание не умирает, что я никогда не переставал и, вероятно, никогда не перестану жить"), Апухтин передает испытываемые умершим человеком чувства и ощущения и обозначает основные этапы отделения души от тела, во многом совпадающие со свидетельствами тех людей, которые пережили опыт клинической смерти. В наиболее общем виде этот опыт зафиксирован в работах Р. Моуди:






Социальное и профессиональное в речи "новых русских" | Интертекст, его значимость для коммуниканта и языковой общности | Концепция народа и ее составляющие | Референция в языке и тексте | Тезисы выступлений - 2 | Референция предложения | Референция текста | Некоторые проблемы преподавания истории с позиции гендерного подхода | Современное русское просторечие как динамическая система | Смысл в диалектике субъект-объектных отношений | О риторической структуре текстов малого жанра | Жанр извинения в русской речи | Стилистическая система русского языка - 2 | Типы интер­текстуальных отношений | Свойства смысла и концепта в терминах теории самоорганизации | Интер­текстуальность и массовая коммуникация | Гендер как инструмент политологического анализа





0.031 секунд RW2